Гроза ада (БЕСсильный чемпион) [Компиляция 1-7] - Григорий Володин
— Н̿́͠ё́͆̐т̈́̓̚,͑̀͛ з͒͊͆а́̓̕ м̀̒̽н͒͘̕о̔̚̕й͒̀, - я громыхаю вглубь туннелей, бросив взгляд багровых глаз на Кота.
Слепец не подводит, приходит на выручку. Может, шея зачесалась?
— Мононоке, Перун прав. Тихого штурма из-за углов не выйдет. Перун слишком сильно грохочет. Единственная возможная сейчас тактика — «танковое наступление».
Аяно смотрит на Кота с выражением: «И ты, Брут!».
— Блин, ладно, — сдается командир, от расстройства рубанув воздух катаной. — Всем рассредоточиться вокруг Перуна. Пусть он танкует. Ясно?
— Слушаю, командир, — подбирается рыжая девушка.
— Да нет, я про то, ясно ли всем? Перун — прущий вперед танк, а мы — мотострелковое прикрытие в тылу и с флангов. Будем обнаруживать «противотанковое орудие».
— А такое вообще здесь возможно? — спрашивает Вендиго, с уважением поглядывая на мою спину, закрывшую чуть ли не весь коридор.
— Ну или бить просочившихся, — невозмутимо отвечает Аяно.
Я прорываюсь в казармы. Здесь для всего отряда раздолье. Афганцев совсем немного, может, полсотни, зато еще десяток белокожих бойцов в красных мундирах выстроился впереди. Видимо, британские инструкторы. Натаскивают моджахедов пользоваться английскими минами и снайперскими винтовками.
— Боже, спаси королеву! — вскрикивает один из инструкторов. — Что это за железный носорог?! Новый вид бронехода?! А этот крокодил?! Ты наш собрат? Английский подданый, одухотворенный Хаосом? Тебя захватили в плен?
— Русскый я! Чистокравнай, аднака, — заявляет Али, обидевшись. — У меня прописка московскай. Паспарт показать?
— Они не патрульные, дубина, — рычит Ясна, направляя автомат на афганцев в стороне. — А ты уже лет десять не гастарбайтер!
— Ах, — ужасается майор Крокодил. — Мошанникы?
— Странное существо, — обомлевают инструкторы.
Сотрясая топотом пол, кидаюсь сразу на британцев. Те бесстрашным строем шагают мне навстречу, на ходу обращаясь в криворожих тварей. Рвется одежда на раздувшихся бицепсах, сквозь носки сапог продираются загнутые когти. Вымесы! Гребаные похитители женщин, щас я вам устрою!
С грохотом вбиваюсь в шеренгу тварей. Один многоногий спрут валится под бронебойный сапог, ударом ноги разбиваю его скользкую голову о каменный пол.
Прочих раскидываю, как кегли. Сразу вскочивший человек-акула схватывается с Али. Мутант вгрызается в чешую и отрывает от твари приличный кусок плеча. Акула визжит, крокодил в недоумении.
— Пфф, Яфна, его мовно куфать? — с полным ртом рыбины обращается он к стреляющей рыжей. — Он же не челофека?
— Это не доказано, — рявкает тетя Ясна. — Выплюнь!
Крокодил слушается и тут же оттяпывает от акулы новый кусман. Видимо, исходя из логики: «Не съем, так понадкусываю».
Остальные «зори» занимаются нахлынувшими басмачами. Взрывы, визги, треск камня. Я не даю вымесам далеко уползти. Пинками забиваю британцев в угол. Заставляю рычаще-мычще-чавкающую толпу аристократов подняться, опираясь о стенку лапами, копытами, тентаклями. Бью под дых каждого, пытающегося драпануть, монстры тут же соскальзывают по стенке. Снова дергаю за шиворот вверх. Рук не хватает. Поэтому образовываются мильфиновые щупальца — подсобить. Против совместной силы сэра Рино, Шарика и Т-1000 у лондонского зоопарка нет шансов.
- Г̀͌д͌̀͝е͋͌̒ о̾͋͝н̈́̓и̓̾͋?! — дышу я в перекошенную морду горгулье. Не дождавшись ответа, хватаю его за голову и сжимаю кулак. Кочан горгульи взрывается фонтаном мозгов. Череп под железными пальцами вминается внутрь.
Подхожу к следующему британцу. Из моего наплечника вырастает щупальце с широким лезвием палаша на конце.
- Г̓̈́͝о̾̾͝в͊͒͑о́͐͝р͐͌̚и͌̒͝, - приставляю палаш к горлу бычьеголового.
— О ком ты вообще? Му-у!
Ах, суки, вы еще издеваетесь?
Чкирк.
Захрипев, бычара с перерезанным горлом падает на пол пещеры. Помычи мне еще! Красная кровь толчками выходит из раны и хлюпает под разноножьем других аристократов.
- Г̀͌д͌̀͝е͋͌̒ о̾͋͝н̈́̓и̓̾͋?!
Псих-волна бьет по тварям. Вымесы сходят с ума от ужаса, скопом бросаются на меня. Глаза каждого горят безумием. Чувствую — мои тоже.
- Г̀͌д͌̀͝е͋͌̒ о̾͋͝н̈́̓и̓̾͋?!
Мильфиновое щупальце утончается до острого шила. Я подступаю к разбушевавшимся сэрам и организую бесплатную лоботомию. Спица вонзается в ухо волку-вымесу.
- Г̀͌д͌̀͝е͋͌̒ о̾͋͝н̈́̓и̓̾͋?!
Вставляю шило в глаз питону.
- Г̀͌д͌̀͝е͋͌̒ о̾͋͝н̈́̓и̓̾͋?!
Ударом локтя сношу голову каменному демону. Другая рука принимает форму крюка, и я начинаю вспарывать животы кричащим рыцарям Туманного Альбиона.
- Г̀͌д͌̀͝е͋͌̒ о̾͋͝н̈́̓и̓̾͋?!
Глаза заволакивает багровый туман, в висках стреляет. Когти и жала британцев скребутся по стальной шкуре, пока мои руки выбивают жизнь из аристо.
- Г̀͌д͌̀͝е͋͌̒ о̾͋͝н̈́̓и̓̾͋?!
- Г̀͌д͌̀͝е͋͌̒ о̾͋͝н̈́̓и̓̾͋?!
— Перун! Успокойся! Это Али! Наш Крокодил! Не смей насаживать его на крюк! Я тебя тогда сама урою!
Голос Ясны прорывается сквозь кровавую пелену. Оглядываюсь: я весь в крови. Стою на четвереньках, вокруг трупы британцев, подо мной что-то двигается. Опускаю взгляд и вижу потрепанного мутанта.
— Аднака, боднул ты лиха, — хватает Али ртом воздух. Видимо, хорошенько под дых ему наддавал.
Откатываюсь от крокодила и шатаясь встаю на ноги. Аяно трясет катаной, сбрасывая красные брызги. Японка смотрит на меня.
— Лагерь зачищен. Имперские мечи просматривают склады.
Нависаю над ней огромным танком.
- П̒̓̿л̀̔͝ѐ̈́̈́н͌̽̐н͑̚͝ы͑̽̕е̽͌͝?̿̽͘
— Нет никаких пленных, — качает головой Аяно.
Смотрю ей в глаза. Японка сглатывает и опускает взгляд. Сейчас ее бравада глубоко запряталась, выглядела ужасная Мононоке, как жертва перед хищником. Я разворачиваюсь и громыхаю прочь из казарм.
— Куда ты? — шепчет Аяно, даже руку протягивая вслед моей бронированной туше.
Хмыкаю — наивная. Вы пойдете со мной. Ночь еще не кончилась, а афганских
